Наркологическая клиника в Москве

Яндекс Услуги
5.0
  • Лицензированная наркологическая клиника
  • Мотивируем на лечение
  • Работаем круглосуточно и без выходных
Работаем круглосуточно
+7 (499) 430-60-81



Статьи о наркомании
Стас Пьеха: «Зависимость — это тяжелая болезнь, которая поражает все сферы жизни»

Заполнить пустоту

— Когда мне было 12 лет, я начал курить травку вместе с друзьями из моего двора. Время шло, и наркотики становились всё тяжелее, я дошёл до героина. Это был ужасный период: я выносил вещи из дома, попадал в полицию. Мама с бабушкой о происходящем сначала не подозревали. Чтобы скрыть следы от уколов, я постоянно носил кофты с длинными рукавами. Когда мне было 15-16 лет, я почти перестал есть, весил всего около 49 килограммов.

Как-то раз я уснул с сигаретой и поджёг квартиру. Моя кофта сгорела — тогда мама и бабушка обо всём узнали. Семью это сильно объединило: мы уехали в другой город, жили на окраине — впервые в моём сознательном возрасте вместе с мамой, 24/7 (мать Стаса Пьехи — эстрадная певица Илона Броневицкая. — Прим. ред.). Она и её муж делали всё возможное, чтобы меня вытащить.

Всё детство я был предоставлен сам себе, иногда неделями не появлялся дома. Родители жили в разных городах, мама постоянно была на гастролях. Раньше я винил её в том, что случилось со мной, ведь я никогда не чувствовал себя нужным, значимым. Любовь и поддержка родителей — это то, что позволяет не сходить с пути. Тем, кто получает эту заботу сполна, не нужны наркотики. А у меня внутри была пустота, я пытался её заполнить и нашёл поддержку на улице, в дворовой компании, где и попробовал наркотики.

Дефицит радости

Мой путь к избавлению от наркотической зависимости начался с изоляции и духовных практик. Конечно, потребовалась помощь наркологов и психиатров. Во время реабилитации, которая длилась многие годы, у меня не раз возникало чувство, что у меня отнимают что-то важное и не дают ничего взамен. Я потерял смысл жизни, я себя ненавидел. Я проходил лечение в разных клиниках и пробовал разные способы избавиться от наркотической зависимости. И всё равно случались срывы. Были периоды отчаяния, когда хотелось сдаться. Но каждый раз, когда мне удавалось прожить день в чистоте и трезвости, я выходил на новый уровень свободы.

Главное для зависимого человека в состоянии ремиссии — найти то, что наполнило бы его жизнь так же, как до этого наполняли наркотики. Я постоянно кидался из одного вида деятельности в другой: я был и лётчиком, и парикмахером, и психологией занимался, и пел в ресторанах. Большая сцена стала спасением для меня. У меня появилось новое важное и значимое дело.

Зависимость от наркотиков — это тяжёлая болезнь. Причём болезнь, поражающая человека на всех уровнях: как на физическом, так и на социальном, психологическом, духовном.

Опыт употребления наркотиков очень сильно повлиял на то, как я воспринимаю жизнь и мир. Из-за зависимости у меня начался дефицит радости, по умолчанию я до сих пор чаще всего нахожусь в ожидании худшего, в состоянии тревоги. Уровень дофамина, серотонина, аминомасляной кислоты и эндогенных опиатов, которые отвечают за ощущение счастья, у меня значительно ниже, чем у большинства людей.

И когда мне удаётся с помощью духовной работы над собой выбрать не страдание и жертвенность, а просто жизнь, у меня появляется много оптимизма, радости. Конечно, на это не всегда есть ресурс. Но когда мне это удаётся, получается прекрасный день. Для этого мне приходится много работать над собой. Моя главная мечта в жизни — обрести простое человеческое спокойствие.

Оттолкнуться от дна

За время борьбы с наркотической зависимостью у меня была ремиссия длиной в 11 лет, а потом опять — срыв. Тогда я не дошёл до инъекционных наркотиков, но тем не менее они вернулись в мою жизнь. Человек всегда отталкивается от определённого дна, и вот однажды я понял, что достиг его.

Моим дном стало разрушение здоровья, семьи, проблемы в професиональной сфере и полное отсутствие какого-либо интереса к социуму. А отправной точкой стали серьёзные проблемы с сердцем.

 

Я до сих пор помню тот страшный день, когда я думал, что умру. Тогда мне было 34 года, и я был на гастролях, резко мне стало очень плохо. Врачи диагностировали инфаркт, невероятно высокое давление. Они мне что-то капали, суетились, созванивались с другими врачами — было чувство, что я на волосок от смерти. Тогда я понял, что дальше нельзя играть в эти игры, потому что второй инфаркт может стать обширным.

Ежедневный пожизненный труд

Уже больше пяти лет я не то что не употребляю наркотики, но и алкоголь пить перестал. Могу на Новый год понюхать пробку от шампанского, но не больше! Но говорить о том, что я избавился от этих проблем, было бы нечестно. Борьба с зависимостью — это ежедневный пожизненный труд. Нужно полностью менять своё сознание, привычки. Это сложная многолетняя работа. Могут возникать мысли: не иди, не делай… А надо идти и делать — не анализируя. Есть ряд действий, которые нужно выполнять постоянно, к ним относятся медитации, молитвы, внутренняя работа над собой…Зависимость — это не только про наркотики. Болезнь, как я уже говорил, затрагивает все сферы жизни. Когда проходит химическая зависимость, появляются другие проблемы. Например, созависимость (от людей, отношений). Спасать кого-то, идеализировать, торчать на чувствах, на гормонах — со всем этим бороться намного сложнее, чем с зависимостью от наркотиков. Когда ты осознаёшь, что используешь рабочие, дружеские, любовные отношения, становится очень больно. Катастрофически сложно убрать эту проблему из жизни, но и это возможно.

Нужно стремиться к этому и продолжать работать над собой — только так можно сделать жизнь гармоничнее и счастливее.

Справиться с агрессией

Физическая активность помогает мне жить полноценной жизнью — это один из способов поднять гормональный фон. В качестве спорта для себя я выбрал бокс, потому что помимо техники, дыхалки, работы каждой мышцы здесь ещё есть возможность выброса агрессии.

Бокс меня делает значительно более уравновешенным человеком.

 

Во мне много подавляемого с детства страха, он до сих пор проявляется в гневе, раздражении. А когда я, например, не выспался или меня кто-то выбил из седла, тогда я могу быть агрессивным: подрезать на дороге, орать. Бокс, да и вообще любые виды единоборств, мне кажутся идеальными видами спорта для людей с повышенной агрессивностью.

Новый смысл

Многие считают наркоманов «отбросами общества», но это не так, они могут приносить пользу обществу. Наркомания — это не привычка, это тяжёлая болезнь. И людям с этим заболеваниям нужна помощь так же, как и тем, кто столкнулся с депрессией или онкологическим заболеванием. Медицина должна быть человечной для всех, за годы реабилитаций я понял, что в нашей стране с этим проблема.

Сейчас я считаю своим долгом делиться с людьми тем опытом, который приобрёл. Пять лет назад мы с сестрой открыли «ПС Клинику», где помогаем бороться с зависимостью другим. Название означает и P. S. как постскриптум, и Psychologies systems, также это мои инициалы. Сейчас в Подмосковье можно пройти полный цикл лечения наркозависимости под контролем врачей клиники. Для меня это история не про деньги. Я сам прошёл через это и хорошо понимаю людей, которые столкнулись с зависимостью от наркотиков. Когда я приезжаю в центры реабилитации, больницы, разные закрытые учреждения и делюсь там своей историей, люди обретают надежду, понимают, что и они смогут справиться.

Виню ли я до сих пор Илону во всём, что случилось со мной? Нет. Я давно понял: каждый из нас — ребёнок своих родителей. То, что нашим родителям дали их мамы и папы, передаётся нам. Илона по-другому не умела проявлять свою любовь. В этом нет её вины. Она передала мне то, что сама получила от Эдиты, моей бабушки, а Эдита, в свою очередь, передала моей матери то, что получила от своих родителей.

© The Challenger

Остались вопросы?

Позвоните нам